Взъерошивая хайр, поредевший навсегда от седых волос,
Ведя мемуары за кефиром о подпольной войне.
С кайфом мазохиста в руках разбираю последний мост,
Пытаюсь рассказать как-нибудь о вчерашнем дне.
Царапая бессмысленно "РAСIFIK" ключом на кирпичной стене,
С известной долей гордости вспомнить кулаки люберов.
Глядя на потрепанный бас в поношенном старом чехле,
Хочется напиться в говно и выдать пару старых хитов.
Такие дела, брат, любовь...
Такие дела, брат, любовь...
Мы уходили в подвалы, мы играли глубоко под землей.
Нам снилась траверза, мы пили электрический чай.
Посылали наверх парламентера: за вином, за хлебом и травой.
Он возвращался назад, он говорил: "У них опять Первомай".
И наш бледный и здоровый вид кому-то мешал заснуть.
И у кого-то оказался уж слишком коротким его творческий путь.
Но мы верили в то, что за нами последний раунд.
Такие дела, брат, любовь.
Такие дела...
Мы вышли наверх, мы разбрелись кто куда
И стал делать деньги вчерашний бунтарь и вчерашний певец.
В его уютной квартире есть газ, телефон и вода.
Он не жалеет ни о чем, он держит дома 6 альбомов ГО и 5 альбомов БГ.
И вроде бы он не предатель, он по-своему прав.
Ведя мемуары за чашечкой кофе моим детям о вчерашнем дне.
Каждый ловит свой собственный кайф.
Такие дела, брат, любовь.
Такие дела, брат, любовь

Комментарии